Илшат Тажитдинов: «Муниципальный уровень — первый контур стабилизации»

Первичка — это фундамент Партии, ее самый близкий к людям уровень. Точно так же и муниципалитет — это первый, самый близкий к человеку уровень власти.

В период экономической турбулентности доверие граждан формируется не столько просмотром федеральных новостей, сколько тем, что они видят каждый день: работает ли детский сад без поборов, не растут ли цены в магазине у дома, есть ли работа.

Часто кажется, что у главы поселения или мэра малого города нет рычагов влияния на большую экономику. Но так ли это?

Об этом мы пообщались с Илшатом Тажитдиновым, заместителем председателя Госсобрания — Курултая Республики Башкортостан, членом фракции Партии «Единая Россия», доктором экономических наук. Как эксперт в региональной экономике, он убежден, что именно на муниципальном уровне сегодня находится ключ к социальной стабильности.

Мы обсудили, как, не имея федеральных бюджетов, местная власть может на практике поддержать доходы населения, обеспечить доступность продуктов и сохранить качество социальных услуг для каждой семьи.

СТАБИЛИЗАЦИЯ, КОТОРУЮ ВИДНО

Илшат Азаматович, сегодня все говорят о макроэкономических вызовах: инфляции, замедлении темпов роста ВВП. Какую роль в этой ситуации играют муниципалитеты? Что они реально могут сделать на местах?

— Начнем с того, что в следующем году, по всем прогнозам — и Центрального банка, и Правительства, и Минфина, — будет замедление темпов роста ВВП и инвестиционной активности. Если на сегодняшний день инфляция составляла около 8 %, то к концу года Центробанк дает нам цифру 6,5–7 %. В 2026 году прогнозируется коридор 4–5 %, с возвращением к 4 % во втором полугодии. Сначала будет кратковременный ценовой всплеск из-за налогов и тарифных решений, а затем постепенное замедление.

Но восприятие людей отличается. Есть инфляция по статистике, 6,5–7 %, а есть так называемые инфляционные ожидания населения. Они сегодня держатся на высоком уровне, порядка 12–13 % — почти вдвое выше реальных показателей.

Конечно, это основной источник тревоги. Это повседневные расходы: продукты питания, топливо, ЖКХ. Люди ощущают не статистику, а понятные конкретные счета и ценники.

Поэтому задача власти на федеральном уровне — сдерживать инфляцию макроэкономическими инструментами вроде ключевой ставки. А на уровне муниципалитетов — постараться снижать бытовую тревожность на местах, смягчить эти инфляционные ожидания. Гражданам важно не только знать официальные цифры, но и видеть реальные признаки стабилизации в магазинах и в коммунальных платежах.

Люди в малых городах и селах не живут на уровне 44-триллионного федерального бюджета. Они живут на уровне своих повседневных вопросов. Есть ли в субботу или воскресенье ярмарка? Работает ли детский сад без лишних сборов? Принимает ли вовремя местная больница? Вот это — зона ответственности муниципалитета. Муниципальный уровень — он первый контур стабилизации.

Как муниципалитет может на практике повлиять на эти «ощущаемые» цены и бытовую тревожность?

— С инфляционными ожиданиями можно поработать на уровне муниципалитетов. Конечно, полностью снизить их на местном уровне невозможно, это задача Центрального банка. Но сгладить их можно и нужно.

Во-первых, когда начинают работать сельхоз­ярмарки, рынки выходного дня, торговля напрямую от производителя — цены перестают казаться страшными. Люди видят реальную стоимость. Во-вторых, важен открытый мониторинг цен на социально значимые товары. Это простой, но сильный инструмент. Жители видят, что власть контролирует ситуацию, и это снижает тревожность. И в-третьих, это поддержка местных производителей — ЛПХ (личных подсобных хозяйств) в деревнях, селах — и короткие цепочки поставок.

Локальные меры не отменяют инфляцию, но уменьшают ее психологический эффект. В нынешнее время уверенность людей и ощущение управляемости ситуации будут так же важны, как и макроэкономические показатели.

В нынешнее время уверенность людей и ощущение управляемости ситуации будут так же важны, как и макроэкономические показатели.

Вы выделяете три ключевых фактора стабильности: социальные блага, товары первой необходимости и доходы населения. Где здесь главные рычаги у местной власти?

— Все они важны, выделить один невозможно. Сейчас самое важное — как минимум сохранить достигнутый уровень и качество жизни населения.

Первый фактор — сохранить достигнутый уровень потребления товаров первой необходимости: продукты, определенные бытовые услуги, бытовая техника.

Второй фактор — социальные блага. Качество жизни — это не только продукты, но и то, чем человек пользуется каждый день. Это школа, детский сад, больница, дороги, чистая вода, тепло в доме. Несмотря на замедление экономики и повышенную нагрузку на бюджеты, социальные обязательства на федеральном и, уверен, на региональном уровне заложены в полном объеме.

С 1 января 2026 года минимальный размер оплаты труда повышается на 20,7 %. Это автоматически увеличивает зарплату работников в социальной сфере: учителей, врачей, воспитателей, соцработников. Задача муниципальных органов на местах — чтобы все это было видно и ощутимо в каждой семье: чтобы школы не экономили на отоплении, ФАПы работали стабильно, дворы и улицы оставались благоустроенными.

Ну и третий фактор — постараться сохранить уровень дохода и рабочие места. Что можно сделать с занятостью на муниципальном уровне? Можно принимать так называемые немонетарные, то есть неденежные
меры.

Что действительно работает? Льготная или сниженная аренда муниципальных помещений для малого бизнеса или самозанятых. Приоритетный доступ местных предпринимателей к муниципальным закупкам — чтобы бюджетные средства муниципалитетов оставались на территории. Это организация временной занятости, общественная работа, особенно для молодежи и людей предпенсионного возраста. Это консультационное сопровождение самозанятых — недорогой, но эффективный инструмент.

В нашей республике, например, иногда не хватает осведомленности о мерах поддержки. Необходимо активное информирование, в том числе о таких инструментах, как микрокредитование. Ключевая ставка в 2026 году сохранится на высоком уровне, в диапазоне 13–15 %. В этих условиях то, что я обозначил, может стать реальным компенсатором для бизнеса и жителей.

Башкортостан можно назвать аграрной республикой. Есть ли особая специфика поддержки для села?

— Да, у нас 40 % — это жители села. Село должно быть в приоритете. Вызовы там актуальные: стоимость кормов, ГСМ, вопросы ветеринарии, сбыт продукции. Муниципалитет, сельское поселение обязано упростить доступ к пастбищам и сенокосным участкам, сделать эти ресурсы реально доступными для ЛПХ и фермерских хозяйств.

Важно, особенно в отдаленных деревнях, развивать мобильную, малоформатную торговлю, чтобы сдерживать рост цен и обеспечить людей продуктами там, где нет крупных магазинов. И конечно, следует наладить вывоз продукции ЛПХ в города, на согласованные площадки, чтобы сельчане могли выгодно продавать свое, а горожане получали качественные продукты по разумным ценам. Все эти меры не требуют больших затрат, но дают ощутимый социальный эффект.

КАК ДЕЛАТЬ БОЛЬШЕ С МЕНЬШИМ

Сейчас популярно слово «оптимизация». Но в народе у него негативная коннотация. Можете привести примеры умной оптимизации на муниципальном уровне, когда расходы бюджета сокращаются, а качество или объем социальных благ для населения не падает или даже растет?

— Да, действительно, слово «оптимизация» у многих вызывает настороженность — но на самом деле это не про сокращение, а про умное управление ресурсами. Когда все сделано грамотно, и расходы снижаются, и качество жизни растет.

Для примера приведу Иглинский район. В образовании здесь прошла реорганизация школ, и она показала, как можно улучшить результаты, не закрывая доступ к знаниям. Так, присоединение школы села Ивано-Казанка к Иглинской СОШ № 4 имени Тикеева позволило детям учиться по современным программам и использовать ресурсы крупной школы. Педагоги сохранили рабочие места, а уровень знаний вырос на всех ступенях — от начальной до старшей школы.

Другой пример — перевод учеников из школы села Красный Восход в СОШ села Казаяк. В старой школе училось всего 13 детей, а учителей было трое. Сейчас их — десятки, предметы преподаются в полном объеме, классы не объединяются, а качество образования заметно выросло. При этом район сэкономил более 7 миллионов рублей в год, которые направлены на развитие школ и обновление материально-технической базы.

Вторая сфера — коммунальная инфраструктура. Переход от центрального отопления к индивидуальному и поквартирному позволил людям экономить на тепле, избежать потерь при транспортировке и регулировать температуру в своих домах. Снижается аварийность, исчезают непроизводительные платежи, а жители получают более комфортные и экологичные условия жизни.

И наконец — освещение улиц. Иглинский район полностью перешел на светодиодные уличные светильники. Они служат дольше, потребляют меньше энергии и обеспечивают яркий, безопасный свет. Муниципалитет экономит, а улицы становятся светлее и уютнее.

Вот это и есть умная оптимизация — когда речь идет не о сокращении, а о взвешенном перераспределении средств, чтобы каждое вложение приносило реальный эффект людям. Иглинский район показал, что при продуманной работе можно и сэкономить, и повысить качество социальных услуг — без потерь для жителей.

Даже при ограниченных средствах главы активно используют инициативное бюджетирование, гранты и программы благоустройства, направляя ресурсы туда, где эффект для жителей максимален.

На уровне республики взят курс на приоритет социальных расходов. Но как это выглядит на практике, на уровне главы сельского поселения или мэра малого города, у которого бюджет зачастую дефицитный?

— Да, даже у небольших поселений с дефицитными бюджетами приоритетом остаются социальные расходы — все, что напрямую влияет на повседневную жизнь людей. Вопросы образования, здравоохранения и социальной поддержки решаются, как правило, на уровне районов — за счет средств, поступающих из республиканского бюджета. А поселения отвечают за благоустройство, дороги, освещение, ЖКХ, культуру и экологию — то есть за качество среды «вокруг дома».

Даже при ограниченных средствах главы активно используют инициативное бюджетирование, гранты и программы благоустройства, направляя ресурсы туда, где эффект для жителей максимален. При этом структура межбюджетных отношений выстроена так, что социальные обязательства поселений защищены: значительная часть средств поступает из районных и республиканских бюджетов в виде дотаций и субсидий.

Так формируется единая система: регион обеспечивает устойчивость, районы — социальную инфраструктуру, а поселения — комфорт и качество жизни на местах. По сути, социальный приоритет на уровне села или города — это умение сделать жизнь рядом с человеком комфортной, безопасной и достойной.

Можете привести пример, когда муниципалитету пришлось делать сложный выбор: условно, направить ли 10 миллионов на ремонт дороги или на ремонт кровли в местной школе? Какие факторы, кроме цифр, влияют на такой выбор?

— Да, подобные ситуации возникают часто. В таких решениях главу муниципалитета ведут не цифры, а безопасность и интересы людей. Если школа единственная в селе и есть риск протечек, пожара или остановки занятий — приоритет почти всегда за ремонтом крыши. Но если дорога по сути — «артерия жизни», по ней ездят школьные автобусы, скорая помощь и коммунальные службы, тогда ремонт трассы становится первоочередным.

Часто решение принимается после общественных обсуждений — с привлечением жителей и поиском дополнительных средств: грантов, спонсоров, софинансирования. Главное правило одно: в первую очередь делают то, что связано с безопасностью и сохранением нормальной жизни людей.

ЭКОНОМИКА ОЖИВШИХ ПРОСТРАНСТВ

Говоря о социальных благах, нельзя не упомянуть партийные проекты. Федеральный проект «Формирование комфортной городской среды» — это ведь не только про лавочки и парки? Как благоустройство набережной или площади в малом городе влияет на его экономику? Приходит ли туда малый бизнес?

— Может, прозвучит просто, но это так: на неблагоустроенную площадку человек не пойдет — и бизнес туда тоже не придет. Поэтому партийный проект «Формирование комфортной городской среды» — это гораздо больше, чем лавочки и плитка. Это инструмент, который реально влияет на экономику малых городов и сел, создавая новые точки притяжения людей, а значит — условия для работы, торговли, туризма и развития.

Башкортостан сегодня — один из лидеров программы: 39 побед в федеральном конкурсе, 27 реализованных проектов и более 3,3 миллиарда рублей федеральных средств, направленных на обновление общественных пространств. Но главное не цифры, а то, как изменилась жизнь людей. Когда появляется благоустроенная площадь или набережная, люди начинают приходить туда, проводить там время с семьями, появляются события, туристы и клиенты для бизнеса. Живые общественные пространства притягивают активность, а значит — развивают малый бизнес, туризм и экономику города.

Приведу только два примера. В Бирске после благоустройства «Улицы мастеров» туристический поток вырос в четыре раза, количество музеев увеличилось с 2 до 13, а фестивалей — с 3 до 21. Город стал центром событийного туризма и получил национальную премию Russian Event Awards. А в Туймазы проект «Стержень города: проспект Ленина» заметно оживил деловую жизнь — количество магазинов и сервисов выросло более чем в четыре раза, появились новые кафе, мастерские и арт-пространства. А ряду учреждений из-за наплыва гостей пришлось даже продлить часы работы.

И это закономерно: когда в городе или селе появляется комфортная и красивая среда, туда приходят люди, открываются новые возможности для малого бизнеса, растет туризм — а значит, растет и экономика. По сути, благоустройство сегодня — это новый драйвер развития территорий, который напрямую влияет на занятость, доходы и качество жизни граждан.

Партийный проект «Формирование комфортной городской среды» — это гораздо больше, чем лавочки и плитка. Это инструмент, который реально влияет на экономику малых городов и сел, создавая новые точки притяжения людей, а значит — условия для работы, торговли, туризма и развития.

РЯДОМ И БЕЗ ПЕРЕПЛАТ

Перейдем ко второму блоку — доступность продуктов питания. Одна из главных задач на местах — обеспечить доступные цены. Какие здесь есть немонетарные инструменты, кроме простого мониторинга цен?

— Сегодня не все зависит от монетарных мер — удерживать цены можно и организационными инструментами. В Башкортостане с 2021 года действует меморандум о сдерживании цен: 21 торговая сеть ограничивает наценку до 15 % на 23 категории социально значимых товаров.

Активно развивается электронная торговля — за шесть лет ее объем вырос в 18 раз, а на маркетплейсах создана витрина «Сделано в Башкортостане» с 34 тысячами товаров местных производителей. Проект «Продукт Башкортостана» уже 11 лет объединяет 850 предприятий и помогает покупателям выбирать качественные продукты по доступной цене.

В сельской местности действуют льготы на аренду земли для магазинов и пунктов выдачи интернет-заказов, а нестационарная торговля активно растет: за три года — с
5,5 до 7,8 тысячи объектов, создано 346 площадок и 4 тысячи торговых мест.

Все эти меры формируют честную конкуренцию, доступность и доверие к рынку, что помогает стабилизировать цены без давления на бизнес.

Еще один известный и популярный у населения инструмент — ярмарки выходного дня. Каков их реальный вклад в сдерживание цен на продукты? Есть ли оценка, насколько там цены ниже, чем в сетевых магазинах?

— Да, ярмарки выходного дня — действительно один из самых понятных и любимых у людей инструментов поддержки местных производителей. Там можно купить свежие и экологичные продукты напрямую у фермеров и владельцев личных подсобных хозяйств, без посредников и лишних наценок.

Цены на таких ярмарках обычно ниже, чем в сетевых магазинах, на 10–20 %. Это объясняется просто: у продавцов нет затрат на логистику, аренду и маркетинг, а продукция — сезонная и местная, то есть реализуется почти по себестоимости. Покупатель выигрывает в цене и в качестве, а производитель получает стабильный рынок сбыта.

Важно понимать, что ярмарки не заменяют торговые сети, но играют заметную локальную и сезонную роль — особенно весной и осенью, когда предложение свежих продуктов максимально. Их вклад не только экономический, но и психологический: наличие доступных ярмарочных цен снижает инфляционные ожидания, люди видят, что рядом можно купить качественные продукты без переплат, и ощущают стабильность.

Сегодня в Башкортостане утверждено 308 ярмарочных площадок, и эта сеть постоянно расширяется. По сути, ярмарки создают живую конкуренцию и доверие между местным бизнесом и покупателем — а значит, помогают удерживать цены естественным рыночным способом, без административного давления.

Ярмарки создают живую конкуренцию и доверие между местным бизнесом и покупателем — а значит, помогают удерживать цены естественным рыночным способом, без административного давления.

ПОМОЩЬ ЛПХ — ЭТО НЕ ТОЛЬКО ДЕНЬГИ

В Башкортостане действует специальный региональный закон о поддержке личных подсобных хозяйств (ЛПХ). Давайте на «примере из жизни»: я владелец ЛПХ в районе, у меня пять коров — как этот закон поможет мне на практике? Куда мне обратиться в своем муниципалитете?

— Да, такой закон у нас в Башкортостане принят. Он помогает тем, кто живет и трудится на земле. Главная цель простая — чтобы людям было выгодно заниматься своим хозяйством и не уезжать из деревни.

Если вы владелец ЛПХ, например, держите несколько коров, можно обратиться в администрацию района или сельсовет, в отдел сельского хозяйства. Поддержка идет через кооперативы, которые получают субсидии из бюджета республики на закупку у сельчан молока, мяса, картофеля, овощей. Продавать продукцию можно как члену кооператива, так и самозанятому гражданину — главное, чтобы хозяйство было оформлено.

Есть и другие меры. Например, социальные контракты — это когда человек получает до 200 тысяч рублей, чтобы развить хозяйство, купить корову, технику или начать переработку. Муниципалитет помогает с документами, чтобы человек не тратил время и силы на бюрократию.

Помощь — это не только деньги. На местах сельчанам помогают с выпасом скота, заготовкой кормов, выделением земли под сенокос. Финансовых ресурсов на местах немного, но многое решается по-хозяйски — совместно с жителями, кооперативами и администрациями.

Во всех районах республики работает государственная ветеринарная служба — ветстанции и участки (примерно по одному на два сельсовета), которые проводят диагностику, делают профилактические прививки и консультируют по содержанию животных. Важно, что Башкортостан сохранил эту систему.

Да, продовольственная безопасность страны строится в первую очередь на крупных сельхозпроизводителях, но личные подсобные хозяйства — не менее важная часть этой системы: они обеспечивают устойчивость на уровне семьи и села, занятость и сохранение сельского уклада.

ПЕРВЫЙ ЗВОНОК — БИЗНЕС-ШЕРИФУ

Третий и, возможно, ключевой блок — это доходы и рабочие места. В Башкортостане уже несколько лет действует уникальный для России институт бизнес-шерифов. Давайте снова на «примере из жизни». Я — предприниматель. У меня проблема, скажем, с подключением к электросетям. Что мне делать? Просто найти на сайте мобильный телефон бизнес-шерифа и позвонить ему?

— Все именно так — в Башкортостане институт бизнес-шерифов действительно работает. Он был создан в 2019 году по инициативе главы Республики Башкортостан, секретаря Башкортостанского регионального отделения Партии «Единая Россия» Радия Фаритовича Хабирова, чтобы ни один предприниматель не оставался один на один с бюрократией.

Если у вас есть проблема — подключение к электросетям, получение разрешения на строительство, подбор площадки — просто находите контакты бизнес-шерифа на портале investrb.ru или на сайте своей администрации и связываетесь напрямую. Дальше начинается реальная работа.

Бизнес-шериф приглашает вас на «Предпринимательский час» — еженедельную открытую встречу с главой администрации, где разбираются все вопросы: от инфраструктуры и земли до мер господдержки. А если проект крупный, бизнес-шериф помогает подготовить материалы для «Инвестиционного часа» под председательством главы республики.

Система дает реальные результаты: с 2019 года в муниципалитетах проведено более 19 тысяч «Предпринимательских часов», рассмотрено свыше 27 тысяч проектов, из которых около 13 тысяч уже реализованы. Общий объем заявленных инвестиций превысил 1,2 триллиона рублей, создано более 29 тысяч рабочих мест.

Сегодня лидеры рейтинга — Нефтекамск, Туймазинский и Аскинский районы, где особенно активно растет число малых предприятий, самозанятых и туристических проектов.

Поэтому да — если у предпринимателя возникает вопрос, первый звонок должен быть бизнес-шерифу. Он не просто подскажет, куда обратиться, а возьмет проблему в работу, подключит нужные службы и доведет проект до результата.

С 2019 года в муниципалитетах проведено более 19 тысяч «Предпринимательских часов», рассмотрено свыше 27 тысяч проектов, из которых около 13 тысяч уже реализованы. Общий объем заявленных инвестиций превысил 1,2 триллиона рублей, создано более 29 тысяч рабочих мест.

БЛИЖЕ ВСЕХ К ЛЮДЯМ

Наше интервью выйдет в журнале «Первичка». Его читатели — секретари первичных отделений «Единой России» по всей стране. Какую практическую роль, на ваш взгляд, первичка может и должна играть в реализации этих трех экономических факторов?

— Роль первички — ключевая, потому что она ближе всех к людям. Все, о чем мы говорим — цены, социальные услуги, рабочие места, — начинается не с макроотчетов, а с жизни конкретных семей. Первичные отделения — это те, кто первым видит, где выросли цены, где школа ждет ремонта, где предпринимателю нужна помощь. И именно они могут быстро среагировать: подсказать администрации, организовать волонтерскую акцию, помочь жителям оформить меры поддержки. Первичка — это не просто структура, это живой механизм Партии, который превращает решения сверху в реальные дела на местах. А если первичные отделения слышат людей и действуют рядом с ними — тогда Партия остается сильной, а доверие к власти только растет.

Какой главный совет вы бы дали секретарю первичной организации в деревне или малом городе, который хочет, чтобы его малая родина жила и развивалась? С чего ему начать?

— Главный совет — начать с простого: оглядеться вокруг и услышать людей. Решать вопросы вместе с ними. Не ждать указаний сверху, а понять, чем можно помочь здесь и сейчас — в своей деревне, в своем дворе.

Иногда одно дело — помочь организовать ярмарку выходного дня, содействовать в оформлении социальной выплаты, подсказать местному предпринимателю, как получить господдержку, помочь договориться о выпасе скота или заготовке кормов — дает людям больше уверенности, чем большие программы. С этого и стоит начинать — с простых, нужных людям дел, сделанных от сердца и с уважением к их труду.

Беседовал Дмитрий Кочергин